Птицы
Отряд Гусеобразные

Биологические особенности краснозобой казарки

Уже много лет как пернатая жемчужина под крылом советских законов, но одна из ее бед заключается в том, что не может птица переносить наши суровые северные зимы и поэтому мигрирует за рубежи страны. А там контроль относительный, в некоторых местах его вообще нет. Прогноз Красной книги СССР по данному виду нерадостный: "Узкоареальный, сокращающийся в численности вид...". Необходимо создать сезонные заказники в основных местах постоянных остановок птиц в период их миграций в верховьях рек Тобола, Ишима, Убогана и Тургая, усилить пропаганду охраны вида, расширить работы по восстановлению зимовочных угодий для казарок в Азербайджане и создать вольерный центр по разведению в неволе. Подобные рекомендации были даны и в 1-м издании Красной книги, но 7 лет с тех пор прошло, "да только воз и ныне там", хотя бы в части создания центра по разведению.

Таким заключением я не преследую цель на что-то намекнуть, кого-то обвинить, да это было бы просто неэтично и неправомерно для автора. Цель иная: остротой концовки попытаться обратить внимание, прежде всего работников зоопарков и заповедников страны, на некоторые биологические особенности краснозобой казарки, которые при содержании этой птицы в неволе, видимо, выпали у нас из поля зрения, и поэтому "поля", где содержатся казарки, пустуют без казарят, урожая не дают.

А ведь мысль одомашнить краснозобую казарку, добиться ее разведения в нашей стране не нова. Известно, что в 1723 году, более 264 лет назад, специальным Указом Петра I в Сибирь был послан царский посыльный. Ему было приказано: "У всякого чина людей русских и иноземцев проведывать и купить разных родов зверей и птиц живых, которые во удивление человеком"; в том числе указывалось особо: "Козарки - крылья черные, зобы коришневые". Сомнений нет, речь шла о краснозобых казарках. Как вид краснозобая казарка была определена и получила свое научное название позднее, в 1769 году, а до этого она слыла на Руси как "красный гусек".

В старейшем отечественном зоопарке, Московском, многократно пытались разводить краснозобых казарок. Занимались этим вопросом видные ученые: П. А. Мантейфель, Г. П. Дементьев, Н. А. Гладков, советы давали знатоки дикой фауны севера: С. М. Успенский, а также ловцы-охотники, промышляющие в тундре и знающие многие особенности размножения ее обитателей. Было читано-перечитано множество литературы, но лишь один-единственный раз летом 1958 года две пары краснозобых казарок гнездились и вывели птенцов. В тот год никаких заметных отклонений от климатических норм в Москве зарегистрировано не было, не происходило и каких-либо существенных изменений в ландшафте берегов того естественного водоема, где содержались краснозобые казарки и другие, родственные им птицы отряда гусеобразных.

А до этого знаменательного события строили специальные каменные горки, создавали береговые обрывы, сажали мелкие кустарники, высеивали траву, укладывали пласты мха на землю, "складировали" уйму строительных материалов для устройства гнезд - ветки, прутики, соломинки, ягель, перья, паклю и т. п. Но, увы. Однажды, выслушав доводы одного из охотоведов, даже цвет берегов пруда, где жили казарки, имитировали под цвет той местности, где охотовед наблюдал гнездящихся краснозобых казарок в природе. А цвет этот был ржаво-рыжим (по его словам, видимо, были выходы окислов железа на поверхность почвы). Навезли глины, горного песка, натолкли кирпича, добыли "рыжую" гальку. Реакция казарок была против всяких ожиданий... расцвеченные участки они просто обходили стороной.

Загадка размножения остается загадкой и на сегодня. Но... По ходу работы над данной книгой вновь пришлось просмотреть записи в дневнике, прочитать множество литературы прошлого и настоящего времени. Мелькнула мысль... а впрочем, пока несколько выдержек из прочитанного: "Ищут покровительства у соколов, мохноногих канюков, даже крупных чаек (серебристых, больших полярных) и очень часто селятся рядом с их гнездами"; "В центре колонии (краснозобых казарок - И. С.) нашли гнездо сокола-сапсана... а по периферии колонии еще 3 гнезда канюков"; "Все колонии казарок (краснозобых - И. С.) располагались вблизи гнезд сапсанов или канюков..."; "Гнездится небольшими колониями по 4-8, изредка по 16 пар, по соседству с соколом-сапсаном, реже - с мохноногим канюком или полярной совой"; "Гнезда устраивает ... почти всегда в сообществе с сапсаном, реже с мохноногим канюком или в колонии чаек". Все эти выдержки из разных источников. Стоит поразмыслить...

Попытаться бы поселить где-либо в наших зоопарках (в питомниках) по соседству с краснозобыми казарками их пернатых "телохранителей" - сапсанов, мохноногих канюков и других "стражей" казаркиных гнезд. Пока это скромные раздумья. Представляется мне небольшой изолированный участок площадью в 2 гектара. Покой и тишина на участке. Кроме движения и звуков, производимых пернатыми, ничего незаметно, ничего не слышно. Участок имитирован под гнездовый биотоп, характерный для краснозобых казарок: "кусочек" слегка холмистой равнинной тундры, рассеченный овражком с обрывистыми берегами. Речушка. Вся площадь суши заросла травянистой растительностью и приземистыми кустарничками. Обомшелые и каменистые горки, озерки с чистым "зеркалом", а на них островки. Главная сложность - "небо". Естественное-то будет, а вот небо-крыша над участком, чтобы птицы и летать могли и улететь не смогли, - сложная проблема. Но опыт в этом деле есть. К примеру, авиарий (от латинского слова avis-птица) в Лондонском зоопарке. Площадь 1200 квадратных метров, высота 30 метров, живет в нем несколько сотен разнообразных птиц.