Обитатели пещер

Использование летучими мышами пассивной локации и эхолокации в охоте за насекомыми

С наступлением сумерек все летучие мыши нашей фауны покидают дневные убежища и в полете добывают себе пищу - летающих ночных насекомых. Ряд наблюдений показал, что обнаружение добычи летучими мышами чаще всего осуществляется путем слухового восприятия звуков, издаваемых насекомыми во время полета, то есть путем так называемой пассивной локации. Однако бесспорного экспериментального подтверждения эта точка зрения долгое время не имела. Зато в 60-х годах было экспериментально доказано, что мелкие представители гладконосых летучих мышей, в частности ночницы, во время охоты за бесшумно летающими насекомыми полагаются в основном на эхолокацию. Поэтому в литературе прочно установилось мнение, что все летучие мыши обнаруживают, преследуют и ловят насекомых исключительно эхолокационным способом.

Тем не менее в действительности все обстоит гораздо сложнее. Да и на самом деле, учитывая большую разреженность летающих в воздухе насекомых, сложность естественной обстановки охоты в лесу или вблизи крупных препятствий, например скал или зданий, а также свойство ультразвуков быстро затухать, трудно представить себе, что во время поиска летучие мыши полагаются исключительно на эхолокацию. И это тем более мало вероятно, так как многие насекомые, летая, довольно громко жужжат. Поэтому естественно было предположить, что гораздо чаще летучая мышь первоначально прослушивает звуки, производимые насекомым во время полета, по ним определяет сам факт присутствия жертвы и лишь затем использует эхолокационную систему с целью более точного наведения на добычу и захвата ее. Такой ход рассуждений требовал проведения специальных экспериментов в условиях, максимально приближенных к естественным. Поэтому нами была организована экспедиция в Нагорно-Карабахскую автономную область Азербайджанской ССР, где и был исследован процесс ловли насекомых представителями нескольких видов летучих мышей. В полевых условиях мы соорудили павильон в виде длинного - (15-метрового) коридора, заканчивавшегося шестиугольным расширением (5X6 метров), которое назвали цирком. Стены и потолок павильона с цирком были сделаны из тонкой капроновой сетки, которая ограничивала передвижение летучих мышей пределами павильона, но не препятствовала проникновению в него ночных насекомых, привлекаемых светом мощной лампы. Подопытные летучие мыши предварительно были отловлены в ближайших пещерах, гротах и на чердаках домов.

Общий вид павильона для изучения процесса ловли насекомых летучими мышами в условиях, максимально приближенных к естественным
82. Общий вид павильона для изучения процесса ловли насекомых летучими мышами в условиях, максимально приближенных к естественным. Наблюдение за нетопырями-карликами вели, когда они свободно охотились за насекомыми в цирке павильона; насекомые собирались там, будучи привлечены светом лампы. Процесс охоты ночниц и подковоносов изучали в коридоре павильона, где перед входом в цирк на тонкой проволоке подвешивали ночную бабочку. Летучая мышь, вылетая с противоположного конца коридора, обнаруживала добычу, приближалась к ней и, сорвав ее с проволоки, возвращалась обратно (так как вход в цирк был затянут сеткой). Ультразвуковые сигналы, излучаемые летучей мышью при подлете к насекомому, регистрировали с помощью конденсаторного микрофона, который был подвешен вблизи от насекомого. Киносъемку летящего к добыче зверька производили одновременно с двух позиций на фоне экранов со шкалами расстояния.

Уже первые наблюдения показали, что обнаружение насекомых летучими мышами происходит в основном на слух. Так, отдыхающие на сетке павильона зверьки быстро взлетали и устремлялись вслед за первым же пролетающим мимо насекомым, хотя ни до этого, ни при этом никаких зондирующих сигналов наш микрофон не регистрировал. Летающие по павильону летучие мыши всякий раз резко меняли траекторию своего полета и вплотную подлетали к экспериментатору, если тот держал в руках, например, жужжащую стрекозу. Для проверки, действительно ли летучие мыши в этих и подобных случаях полагаются на слух, мы проделали небольшой опыт. Жужжащее насекомое крепили в стеклянном цилиндре с открытыми основаниями, который, в свою очередь, крепили в павильоне на тонкой проволоке. Такой цилиндр, конечно, несколько ослаблял низкочастотные шумы, которые возникали при движении крыльев насекомого, но полностью экранировал жертву от зондирующих ультразвуков, то есть исключал возможность эхолокации летучей мышью. Тем не менее как подковоносы, так и ночницы всякий раз обнаруживали добычу с расстояния примерно трех метров, подлетали к цилиндру и пытались сбить насекомое ударом крыла по стеклу. Цилиндр без насекомого или с обездвиженным насекомым не привлекал внимания летучих мышей.

Мелкие летучие мыши, в частности нетопыри-карлики, совершая свой обычный круговой полет в цирке нашего павильона, часто круто меняли его направление и устремлялись за добычей, которая находилась явно вне радиуса действия их эхолокатора. И только дальнейшее преследование и захват жертвы сопровождались излучением зондирующих импульсов, темп которых неизменно нарастал по мере сближения с целью. Таким образом, есть все основания считать преобладающей роль пассивного слухового восприятия на начальном этапе охоты летучих мышей за насекомыми. Еще Р. Галамбос в свое время доказал, что диапазон слуховой чувствительности летучих мышей простирается далеко в низкочастотную область, вплоть до 30 герц. Следовательно, у этих животных есть все предпосылки для восприятия низкочастотных звуков, а именно они и создаются в результате вибраций крыльев ночных насекомых во время полета. Заметим, что ультразвуков у используемых в наших опытах насекомых не было обнаружено.