Созерцатели восходящего солнца

Горалы

Созерцатели восходящего солнца

Сейчас горалы живут в двух зоопарках нашей страны - в Московском и Таллиннском, а еще недавно этот зверь был для меня загадочным. В зоопарках их не было, а на всех фотографиях они напоминали домашнюю козу с маленькими рожками. Плотное тело, косматая шерсть - все это было видно, но Цельное представление о звере можно получить только тогда, когда увидишь его в жизни, в движении. Осенью 1978 года мне удалось попасть сначала в Сихотэ-Алинский, а потом в Лазовский заповедники с главной целью - наблюдать и рисовать горалов. Со мной вместе ездила Е. В. Иванкина - сотрудница Звенигородской биостанции МГУ, а нам помогали научные сотрудники этих заповедников, энтузиасты дела изучения, охраны и разведения горалов - А. И. Мысленков и Н. В. Соломкина.

Мы приехали в Сихотэ-Алинь в конце сентября. Из Владивостока до поселка Терней, где находилось управление заповедника, мы летели на АН-2. Под крылом самолета простирались поросшие дубняком сопки в осеннем уборе. Все было залито мягким солнечным светом, воздух был по-осеннему прозрачен. Осень на Дальнем Востоке - чудесное время. Еще достаточно тепло, но уже нет комаров, да и дождей гораздо меньше, чем летом. Из Тернея A.И. Мысленков доставил нас в урочище Абрек - населенный горалами участок заповедника, находящийся в стороне от основной территории заповедника и расположенный на побережье океана, к северу от Тернея. Мы отправились туда на моторной лодке и начали обследование с дальнего от Тернея конца урочища. Рассказав, где и как искать горалов, А. Мысленков на неделю уехал.

Горал
Горал

Избушка, в которой мы поселились, была отделена от берега хребтом, поросшим со стороны материка дубовым лесом, достигающим его гребня. Склон, обращенный к берегу, был обрывистым и скалистым. Деревья встречались здесь небольшими группами, постоянные ветры сделали их форму причудливой, и я впервые понял, что изображения деревьев на японских и китайских картинах - отнюдь не стилизация и не плод фантазии художников. Напротив, характер и силуэт деревьев Приморских побережий на этих изображениях переданы очень точно.

Семья горалов пасется

Мы знали, что горалов надо искать на рассвете - чуть поднимется солнце, они кончают

пастись и ложатся. Поэтому мы выходили так, чтобы к рассвету уже быть на скальном береговом обрыве. Идти вдоль берега можно было только либо по тропе, пролегающей по хребту, либо по лайде - песчано-каменистому пляжу у подножия обрыва. Первого горала мы увидели снизу, с лайды. Солнце только что встало, и весь обрыв был залит золотистым светом. Почти над головой, метрах в двухстах, над скалами неподвижно застыл зверь. Голова его была обращена к морю, контуры тела отчетливо вырисовывались на фоне утреннего неба. Мягкий свет только что взошедшего солнца делал окраску горала золотисто-рыжей. Зверь повернул голову, минуты две смотрел на нас, потом неторопливо прошел несколько шагов по тропе, идущей над краем обрыва, и скрылся в скалах. В этот день больше видеть горалов не удалось. Так повторялось несколько дней. Мы выходили за полтора-два часа до рассвета и шли в намеченную точку. Выбрав место для наблюдения, ждали, пока станет достаточно светло, чтобы можно было просматривать склон в бинокль. Удача сопутствовала нам не каждый раз, но чаще удавалось увидеть от одного до трех животных, пасущихся на травянистых склонах. Поражала неторопливость и необыкновенная плавность их движений, свойственная горным копытным. Горалов мне редко приходилось видеть бегущими. Зверь, заметивший опасность, уходил без излишней суетливости. Сделав несколько неторопливых прыжков, он замирал около скалистого хребта, еще раз оглядывался и моментально уходил за хребет. После этого обнаружить его не удавалось. Только будучи потревоженным неожиданно, горал обращался в бегство, так типичное для большинства копытных.

Когда я впервые увидел пасущихся горалов до восхода солнца, меня удивило, что звери совершенно серые, рыжих и бурых оттенков в их окраске не было. Позже я увидел и бурых горалов. Эти два типа окраски для горалов очень характерны. У серых горалов особенно хорошо виден рисунок из темных полос - широкая полоса вдоль спины и отметины на голове и ногах. Полоса со спины переходит на длинный хвост, темно-серый, окаймленный белой бахромой, которая выглядит, как зеркальце, свойственное многим копытным. Такое же зеркальце есть и под хвостом. Белая бахрома на хвосте создает своеобразное подвижное зеркальце, которым зверь помахивает, как флажком. Эта белая махалка хорошо видна, несмотря на пестроту горного склона. Кроме того, у горала имеется большое белое пятно на горле, по размеру примерно равное зеркальцу.

Почти каждый раз встреченные перед рассветом пасущиеся горалы вели себя сходным образом. Как только становилось светло, зверь поднимался на выступающую над склоном обрыва скалу и застывал, обращенный головой к морю. Так он стоял минут пятнадцать, изредка медленно поворачивая голову. Позже я убедился, что не только утром, но и в любое время, когда горал кончает пастьбу и собирается лечь, он долго стоит неподвижно, всматриваясь то в одну сторону, то в другую. Но утром это зрелище совершенно особенное! Полное впечатление, что зверь встречает восход солнца.

Горал осматривается

С высокого берега видно, как расстилается ровная и светлая гладь океана. Застывший на скале горал пристально смотрит туда, где узкой полоской показывается сияющий край солнечного диска, который начинает быстро расти, и на воде появляется блестящая светлая дорожка. Солнечный свет постепенно разливается по расцвеченному осенними красками склону, и зверь из голубовато-серого становится золотистым. Эта картина - горал, встречающий восход солнца,- для меня - самое яркое олицетворение природы побережья Приморского края, хотя в природе этого удивительного края много ярких явлений. Спустившись со своей скалы, горал исчезал.

Поселения горалов на побережье, как пишет об этом большой знаток природы Дальнего Востока зоолог Е. Н. Матюшкин,- уникальный среди копытных пример ленточных поселений. Действительно, горалы живут здесь только на береговом скалистом склоне, лишь летом уходя за его пределы. Зимой они буквально заперты на этом склоне, где всегда, в том числе в самые многоснежные зимы, есть места, свободные от снега. Сверху, по краю леса над береговым обрывом, нависает мощный пласт снега, не дающий горалам зимой выходить за пределы берегового обрыва, на котором они живут, как в гигантском загоне.

Чтобы взять корм с земли, горал вынужден сильно наклоняться

Вид пасущегося горала тоже необычен. Имея короткую шею, горал с трудом наклоняется, чтобы взять корм с земли. Но ему фактически и не требуется наклоняться за пищей. Горал пасется, беря корм чаще всего на уровне своей головы. У горала необычайно сильны передние ноги и плечи. Можно видеть, как при пастьбе он поднимается на задние ноги, ставит передние на высокий камень и подтягивается туда всем телом. Однажды лесник X. Г. Сагдеев нашел на берегу под обрывом труп горала, сорвавшегося со скалы. Сразу обращала на себя внимание мощность лопаток и крепящейся к ним мускулатуры.

Позы и движения горалов

А. И. Мысленков вернулся, и вместе с ним мы совершили полный обход урочища Абрек, побывав на всех точках, с которых работники заповедника считают горалов. Саша очень увлекательно и образно рассказывал об этих животных. Почти всех их он знал "в лицо", знал расположение и границы их участков. Теперь мы стали регулярно наблюдать группы животных. С матерью можно было видеть маленького гораленка и иногда годовалого зверя. Маленький все время заигрывал с подростком, а мать часто и подолгу осматривалась. Когда звери во время пастьбы поднимались к краю обрыва, самка лезла вертикально вверх и пристально всматривалась в лес.

Маленькие горалята были животными очень красивыми и необычными. На голове, где должны были появиться рога, у них был округлый хохолок, ограниченный черной поперечной полосой, проходившей между ушами. От носа к темени шла черная полоса, которая за ушами продолжалась на загривок и спину. Эти полосы образуют на темени детеныша красивый крестообразный рисунок. Детеныши чаще, чем взрослые, ложились отдыхать. Иногда они это делали на крохотных уступах. Забавно было видеть, как детеныш лежит на крутом уступе, беспечно свесив вниз ножки.

Гораленок на уступе Детеныш горала следит за матерью На голове у гораленка узор в виде креста

Лежащий детеныш пристально следит за матерью, и стоит ей скрыться из виду, бежит догонять ее. Следуя за матерью, гораленок повторяет все ее движения. Когда мать собирается лечь, она как это вообще свойственно горалам, долго осматривается, медленно поворачивая голову то в одну, то в другую сторону. Стоящий за матерью детеныш поворачивает голову туда, куда смотрит она. Синхронность движений животных поразительна: кажется, что их головы связаны невидимой нитью.

детеныш повторяет все движения матери

Сихотэ-Алинский заповедник в то время начинал работы по содержанию горалов в огромных вольерах, и Саше нужно было отловить несколько животных. В одной такой попытке отлова пришлось участвовать и нам. Для этого сверху вниз на склоне была натянута тонкая сеть, почти невидимая для глаза. Саша рассадил нас, отведя каждому место в укрытии, шагах в десяти от сетки, а сам пошел исполнять роль загонщика. Он неторопливо открыто прохаживался параллельно натянутой сети, очень медленно приближаясь к ней с таким расчетом, чтобы звери шли к нам и затем мимо нас, к сети. Нам следовало, если зверь выйдет на нас, пропустить его мимо, затем резко пугнуть, чтобы он бросился к сети и запутался в ней. Во время этого загона удалось поймать лишь одного гораленка, которого потом пришлось отпустить, так как мать поймать не удалось.

Со мной во время ловли произошел курьезный случай. Я ждал на отведенном мне месте, в мелком дубняке. Вся земля была усыпана толстым слоем сухих листьев, которые громко шуршали под ногами. Даже маленький зверек не мог здесь двигаться без шума. Вскоре после того, как Саша начал загон, я услышал приближающиеся ко мне по сухим листьям размеренные шаги: "Топ-топ, топ-топ",- слышалось уже совсем близко. Я напряженно ждал, но ничего не видел. Вот шаги уже слышатся в нескольких метрах, вот еще ближе, вот уже, судя по звуку, осталось метра полтора. Лишь когда до источника звука оставалось около метра, я, наконец, увидел, в чем дело. Из кустов одна за другой вышли две большие черные белки. Зверьки редкими прыжками двигались по опавшей листве. Они шли рядом, прыгая поочередно. По звуку каждый прыжок воспринимался, как шаг. Белки приблизились вплотную и лишь тогда заметили меня и убежали.

На Абреке нам встречались преимущественно самки и молодые горалы. Взрослых самцов мы видели редко. Самцы отличались от самок более массивным телосложением и обычно более темной окраской головы, на которой темные полосы сливались в сплошные пятна, на их фоне особенно четко выделялись белые губы и подбородок.